| Владимир Коркунов
Опавший город
Блеск фонаря по лужам расплескался,
перемешав маршруты влажным листьям.
Прошедший день покровом ярко-лисьим
похитил город и не попрощался.
В опавшем городе теряются тропинки,
шуршат загадками, заманивают парки.
Я словно пьяный – листья ворошу ботинком!
И, словно пьяные, проходят мимо пары.
...В фонарном свете город опадает –
в зеркальных окнах неба отраженья,
и на земле беззвучно замирают
осколки листьев – головокруженье.
* * *
Ты заверила, завернула обещания
в красивую целлофановую упаковку.
Я поверил, но время как целлофан – скомкалось.
Мои нелепые, смешные (но искренние) страдания
(похож на балерину, одетую в спецовку)
вызывают нетипичную
(как после каждого облома) ломку.
А потом я заметил (и не я один, наверное),
что у слов смерть и смех одинаковое начало.
Чтобы это значило?
* * *
Оле
Замечталось облако –
вспоминает.
«Ты – мой замечательный».
«Знаю, знаю».
«Помнишь волн скольженье,
чьи-то взгляды?»
Мы на этой набережной
слишком рядом.
Мы по краю ходим,
только – вместе!
На слова мои –
смейся, смейся!
В криках чаек слышится –
так отчаянно!
«Ты – мой замечательный».
Всё печальней.
Мыкается облако,
плачет, плачет.
Все дожди осенние
что-то значат.
* * *
Запомни улицу заснеженную,
Ту, что виднелась из окна,
несдержанность мою небрежную
и вкус медового вина.
А послевкусие впивалось
печалью желтых кирпичей.
Ты лабиринт нарисовала,
(ты рисковала, рисковала),
а я понять не мог зачем...
Играй метель, оковы сузились!
С-LOVE-а глазами приготовь!
Взгляни мифической медузою...
И - камень, ножницы, любовь!
* * *
Мне слов для тебя уже не найти.
Транжирил, швырялся, бросал –
Хочу подойти, только как подойти,
И что мне тебе сказать?
Прощай, несмышлёныш, прощай, звезда,
Любовь – это горсть лепестков!
Лети! Только знай, я умею ждать,
Как ждут, не имея слов.
|
